ИГНОРИРОВАНИЕ ПРАВ ЧЕЛОВЕКА ЯВЛЯЕТСЯ ЧАСТЬЮ ПОЛИТИКИ ВЛАСТЕЙ

Вот уже два десятка лет, как Грузия обрела независимость, и мы приступили к строительству нового государства.  Начали поиск нового внешнеполитического курса страны и новых зарубежных союзников, вырабатывать и внедрять  новую внутреннюю политику. Во всяком случае, старались, или власти убеждали нас в этом. За последние двадцать лет в Грузии дважды произошла смена власти, сейчас у нас – третья. И основные тезисы для всех троих были почти неизменны.

Все три пытались править страной по одной схеме: отрицать все, существовавшее прежде, и искать новое везде и во всем – будь то политика, экономика, социальная сфера,  организация гражданского общества или др. А поиск нового ограничивался и выражался лишь одним: с объявлением независимости в стране, как грибы после дождя, расплодились разного толка иностранные советники, консультанты, организации, которые неустанно навязывали нам свои рекомендации, а власти безоговорочно принимали и внедряли их в жизнь.   

Одной из существенных составных этих советов и рекомендаций было введение западных стандартов демократии и прав человека. И мотивировалось это тем, что раньше мы были частью тоталитарного Советского Союза, где были запрещены сами понятия демократии и прав человека.

Так прошло двадцать лет. США и ведущие страны Западной Европы не жалели усилий, похвал и различных международных наград для создания и сохранения грузинским властям статуса флагмана утверждения демократии и прав человека. Этот  процесс достиг апогея в бытность президентом Джорджа Буша-младшего в США и Михаила Саакашвили – в Грузии. Джордж Буш-младший и его администрация без устали выдумывали для Саакашвили различные эпитеты, возводя их в превосходную степень и не скупясь на похвалы. Напоследок, объявив его маяком демократии,  даже высказали намерение о том, чтобы в Институт развития демократии, который будет создан в США, пригласить М. Саакашвили ведущим специалистом после истечения его президентского срока – учить руководителей других молодых стран, как следует развивать демократию в их государствах.

Грузия, действительно, стала примером, с точки зрения состояния демократии и прав человека, но не в том плане, как декларировалось ведущими странами Запада, и в первую очередь – США. Уже давно в Грузии под их контролем находятся даже самые незначительные процессы, и они лучше других знали и ведают о том, что у нас творится. Если они нам советовали это (во всяком случае, их советы выполнялись именно так,  и они это прекрасно видели),  приветствовали это и всем ставили в пример, выходит, они хотели этого и к этому вели нашу страну.

Пусть, ими двигали добрые намерения, и во всем виноваты лишь грузинские власти. Тем хуже – значит, они закрывали глаза на все, лишь бы получить в Грузии желанную политическую выгоду. Только бы наши власти проводили диктуемый внешнеполитический курс, и им прощали все, мало того - объявляли маяком демократии. 

Саакашвили и его правительство воспрянули от похвал. Они посчитали, что индульгенция получена на все.

Одна из грузинских пословиц гласит, что подстрекатель во сто крат виновнее того, кто совершил проступок.

Уголовное законодательство многих стран, наряду с нарушителем закона, объявляет преступником и его подстрекателя, наказывая обоих в равной степени. 

Нравится это кому-то или нет, но за то, что творится у нас, вместе с прошлыми или нынешними властями, ответственность возлагается также на их покровителей и подстрекателей.

А теперь к вниманию тех, и не только - если остались еще наивные люди, тем не менее, думающие, что вошедшая в привычку практика полного пренебрежения правами человека – следствие лишь безнравственности отдельных лиц, и не является целенаправленной политикой и системным подходом:

В деле  защиты прав человека в стране существует два фундаментальных института:

1. Президент страны как глава исполнительной власти, который является высшим конституционным гарантом соблюдения прав граждан своей страны; и в случае, если государственный аппарат все же не в состоянии обеспечить эти права;
2. Судебная система, где на законных основаниях и законными методами можно защищать свои права, в том числе - и против государства.

Покажу на двух примерах, как функционируют эти институты в Грузии.

После 1995 года, когда команда Жвания-Саакашвили пришла во власть в виде депутатов парламента, наряду со многим другим, они сделали следующее – попытались взять в руки финансовые потоки и судебную систему. Для этого они создали два ведомства: Министерство налоговых поступлений  и доходов и Совет юстиции, который был и является органом административного контроля над судом. Следующим этапом было укомплектование этих структур своими кадрами, для чего придумали квалификационные экзамены и через этот фильтр провели лишь своих кандидатов.

Процесс в финансовых и судебных системах протекал с различными осложнениями, но особенно бесцеремонно это происходило в сфере налоговой инспекции. Естественно, за этим последовали многочисленные судебные иски против новоиспеченного министерства, которым с первого же дня руководил протеже Жвания и вице-спикер сегодняшнего парламента - Михаил Мачавариани.

В этих процессах особенно любопытен один случай, который хорошо демонстрирует сложившуюся в целом атмосферу.

Гражданин А.А. до реформы десять лет работал в системе налоговой инспекции и считался довольно знающим и опытным кадром. Он никогда не занимал должностей и  во время создания министерства Мачавариани работал рядовым инспектором в одном из районных служб Тбилиси.

Он успешно сдал квалификационные экзамены, удовлетворял всем должностным требованиям и, по всем и правилам и согласно закону, должен был получить свою прежнюю должность. Несмотря на все это, квалификационная комиссия  не дала ему представление для назначения на должность,  дав рекомендацию другому лицу, никогда прежде не работавшему в налогово-фискальной системе и претендовавшему на совершенно другое место.

Гражданин А.А. не стал мириться с подобным пренебрежительным отношением к себе и подал в суд, будучи не в состоянии добиться чего-то другим путём.

Данный случай ясно демонстрирует принцип, которым с самого же начала руководствовались Жвания и Саакашвили, и который они после «революции роз» очень усердно внедряли в жизнь: «Тот, кто не с нами, или тот, кто нам не нужен - наш противник;  перед ним мы всегда, везде  и во всем правы, нянчиться с ним не станем и раздавим демонстративно у всех на глазах».

Продолжение истории гражданина А.А. не менее интересно. Рассмотрение его дела в суде, вернее, решение суда по этому делу не имеет аналогов в мировой практике, ни с точки зрения закона и законности, а с именно своим цинизмом и демонстрацией вышеупомянутого принципа: Апелляционный суд в своем решении согласился с истцом в том, что его права были нарушены, согласился, что они были нарушены ответчиком (т.е. – так называемым Министерством налоговых поступлений  и доходов во главе с М. Мачавариани) и подтвердил, что его должны были назначить на соответствующую должность. Но (!) в конце слово в слово указал, что в данном конкретном случае суд не может взять на себя восстановление прав истца, и в удовлетворении иска ему было отказано.

      Напомню, что такое решение принял Апелляционный суд.

Верховный Суд оставил это решение в силе.

Кто-то, возможно, и не поверит, но это печальная действительность.

Незадолго до описанных событий М. Саакашвили получил какую-то международную награду за «успешное» проведение в Грузии судебной реформы.

Теперь второй пример о самом президенте.

Когда президентом был Э. Шеварднадзе,  при его Канцелярии существовала Служба государственного обеспечения, обслуживавшая правительство и первых лиц государства. Ей несколько раз меняли название и юридический статус и в итоге сформировали в виде ООО.

После определенного периода службу решили упразднить, и Э. Шеверднадзе издал соответствующий указ, но ликвидация службы по ряду причин растянулась во времени, в том числе - и потому, что против Службы обеспечения ее бывшим сотрудником был возбужден иск с требованием выплатить задолженность по зарплате, и велось рассмотрение дела.

Таково было положение, когда случилась «революция роз», и М. Саакашвили стал президентом страны.

Спустя некоторое время, ему и его окружению потребовалось срочно завершить ликвидацию Службы государственного обеспечения, и выход был найден: не дожидаясь завершения судебного рассмотрения, несмотря на то, что Гражданский процессуальный кодекс запрещал прекращение любым другим органом дела, находящегося в стадии рассмотрения, М. Саакашвили издал указ о завершении ликвидации службы. Основываясь на этот указ, суд отказал Г.Ц. в удовлетворении иска, ссылаясь на то, что ответчика больше не существовало, и налагать выплату было не на кого.

Вышеупомянутым указом М. Саакашвили, используя президентские полномочия, прямо нарушил другой закон, взял на себя роль арбитра в споре между органом президента и субъектом, решил этот спор в свою пользу и в то же время как президент лишил своего гражданина возможности найти справедливость посредством суда и получить заслуженное вознаграждение за  труд.

Этим  указом президент  прямо лишил своего гражданина двух фундаментальных прав – права на получение вознаграждения за труд и права обращаться в суд.

Уже  в самом начале своего правления президент Саакашвили из высшего гаранта защиты прав человека превратился в высшего нарушителя этих прав, чем он и по сей день безнаказанно занимается.

Для полноты картины следует сказать, что Служба государственного обеспечения обладала солидным имуществом, в том числе - и недвижимостью, как внутри страны, так и за ее пределами. Конкретно ей принадлежало здание Центра грузинской культуры «Мзиури» на старом Арбате в Москве. Готовилась приватизация (вернее, «прихватизация») прибыльного недвижимого имущества, и гражданин Г.Ц своей судебной тяжбой мешал этому процессу, за что и был примерно наказан. В то время в СМИ фигурировало сообщение, что приватизацию «Мзиури» лоббировал тогдашний посол Грузии в России, протеже Жвания - И. Чубинишвили. Во время  одного из телеэфиров его даже об этом спрашивали.

Еще несколько штрихов, как говорится, для завершения картины.

Спустя короткий срок после избрания Саакашвили президентом  и назначения З. Адеишвили Генеральным прокурором, согласно  изменениям, целенаправленно внесенных в Уголовно-процессуальный кодекс, фактически были узаконены аресты людей по усмотрению прокурора, а судебный контроль над этим процессом доведен до выполнения формальных процедур: выбор меры пресечения остался в компетенции суда, но при рассмотрении этого дела судье запрещается изучать, обоснованны и доказаны ли предъявленные обвинения.

Ему только и остается, что проверить, предполагается ли за предъявленное обвинение наказание в виде лишения свободы, и покорно согласиться с требованием прокурора.

Создана такая законодательная среда, при которой закон дает прокурору право предъявлять лицу любое обвинение и требовать его ареста, а механизма контроля законности и адекватности его действий не существует.

Таково положение во время предварительного следствия. Не лучше дела обстоят и во время разбирательства в суде.

У всех прокуроров и судей есть некая настольная книга, учебник для действия, который является «рекомендациями» Генерального прокурора и председателя Верховного Суда. Там перечислены почти все статьи Уголовного кодекса и указано, какое наказание прокурор должен требовать при конкретной статье, и какой приговор следует вынести судье.

И под конец – из Уголовного кодекса изъята статья, которая предполагала ответственность за вынесение незаконного приговора или другого решения суда.

Нам остается лишь добавить, что во времена, когда два высших правозащитных государственных  института превращены в механизм подавления своих граждан, а законы - в механизм легитимации произвола, не следует удивляться ни вышеперечисленным фактам, ни другим, более многочисленным, которые не может вместить ни одна газета.

Тариэл Гагнидзе
Председатель неправительственной организации
«Историческое наследие»